В Гродно Евгения Романович заслужила репутацию человека, который создает атмосферу внимания и уважения к театру. Открытого. Нового. Смелого! Скоростью мысли, внутренним куражом, способностью к грандиозным проектам и фантастическим целям девушка вдохновляет единомышленников, привлекает учеников. И вот теперь она танцует в театре La MaMa на Манхэттене.

Корреспондентка zviazda. by связалась с Евгенией Романович в разгар премьерных показов в Нью-Йорке. Побеседовали о глобальном и конкретное. Куда идут театр и современный танец? Какие тренды ведут рей? Какая экзотика есть в Гродно в творческом пространстве «ДОМ46»? Обсудили и безумные, безумные творческие ритмы Нью-Йорка.

Американский вау-эффект

«Это удивительный город. В метро встречаются чрезвычайные музыканты, каким бы, казалось, место на большой сцене. Но это — Нью-Йорк, варварская конкуренция, — делится Евгения. — Удивляет смелая открытость американцев. Я ехала в лифте гостиницы с незнакомцем, а он мне говорит: «Хм … Сегодня были очень вкусные булочки на завтрак». Пожелать хорошего дня прохожему — легко! Другая атмосфера, другое общество. Молниеносные скорости! Я ходила на разные занятия в танцевальные школы: уличные, контемпорари, балет.
И хочу сказать: американцы технические, быстрые, они не знают слов «не могу», «не умею».

Для постановки «Солнце взошло — мы здесь» всемирно известная американская хореографка Калин Томас-Янг прилетела в Польшу. Она отобрала 10 человек: американцы, поляки, украинец и белоруска. Евгения Романович чудом узнала о кастинге в Люблине. После Белорусской академии искусств девушка работала в кукольном театре в Гродно, были за плечами польские и русские проекты, французский фестиваль. Но опыт с американским хореографом — впервые.

«Солнце взошло — мы здесь» — контемпорари перформанс, то есть, показывает современный танец, импровизацию, движения сиз джаз-танца, йоги, восточных единоборств и многих других направлений. Считается, что контемпорари родился от модерна, который стал возможен благодаря свободному танцу. Основательницей последнего считают Айседору Дункан, которая первая сказала «нет» классическому балету. И сегодня мы имеем современный танец как отдельный свободный язык тела, способный передать не только попсовую любовную историю, но и глубокие серьезные вещи.

Гродненка выступает в театре La MaMa на Манхэттене

«Все контемпорари перформансы неоднозначные, нельзя сказать:» А работа о том «. Потому что каждый через собственный опыт (какие книги читал, какие фильмы смотрел, как разбирается в политике, экономике) будет читать язык тела по-своему, — говорит Евгения. — Для меня наша постановка — о состоянии человека. Мы делим мир на «пати» (вечеринку), где все классно, все тусуются, яркий свет, нам весело, и реальность, где много мусора. Это же ставила хореограф из США. У них и правда грязные улицы, столько мусора, что нам, белорусам, и не снилось. И в Калин ощущение мира через эту грязную улицу. Мы использовали крафтовую бумагу. Она валялась у нас повсюду, висела хлопьями, лежала. Мир, где разруха, где все не так, как тебе кажется или хочется. И для меня вечеринка, когда мы в детстве видим все в огнях, а дальше вырастаем и попадаем в мир реальный. В нашей постановке человек часто наклонен, не состоит прямо, лежит, сидит неровно. Вот это ощущение неудобства, когда тебя постоянно ломает (пауза). Для меня мой смысл очень ценен. Ведь я долго не понимала, о чем работа. Однажды в Люблине вышла после репетиции на улицу и увидела бомжа, который сидел и спал на скамейке именно так (!), в наклоненном состоянии. Я поняла о чем наша работа! Состояние нестабильности, наклоненности. Как ты это проживаешь, ищешь счастье «.

«Как же вас встретил зритель?» — вопрос.

«Режиссер сразу сказала, что американский зритель опытный, любит технику, вау-эффект. Чтобы бах, бах! Сильное шоу! Да, здесь действительно поп-культура профессиональная, яркая. Посмотрите на суперкрутой концерты Мадонны, Бьенс! И в современном танце американский зритель также опытный. Мы получили позитивные отзывы на постановку, люди благодарили, говорили, как им интересно, как это классно. Раскрывались политические, экономические штуки. Многие подчеркивали дружность команды. Я не видела работу со стороны, но внутри нее было очень здорово существовать, потому что я понимала, что и для чего мы делаем, и чувствовала в этом миссию. Кстати, нас пригласили в Японию. И (смеется) было бы классно выступить в Беларуси. Режиссер спрашивала: «Женя, а это реально? — улыбается Евгения Романович и добавляет: — Мы хотим приехать в Беларусь, но нужен организатор «.

Гродненка выступает в театре La MaMa на Манхэттене

Быть или не быть?

Белорусов вдохновляют вещи тонкие, едва заметные движения духа. Помните? «Душа должна работать и день и ночь, и день и ночь». В случае Евгении душа любит свою работу и часы не считает. И для саморазвития в США работают сутками непрерывно. Если танцор за час зарабатывает 17 долларов, а час мастер-класса стоит 20, то он не заработает, чтобы учиться. В этом Евгения Романович видит обратную сторону медали. Хотя много есть и бесплатных занятий, а театр La MaMa выделяет два миллиона долларов ежегодно на поддержку молодых артистов. В постановках задействованы актеры, танцоры из семидесяти стран мира.

«Отличительный ли стиль работы американского режиссера?»

Гродненка выступает в театре La MaMa на Манхэттене

«Я бы не говорила о менталитете. Режиссеры разные: один табуретку у актера бросит, а другой — тактичный. Но то ли это истина, то ли мое субъективное, но в западном подходе НЕТ схемы «руководитель — подчиненный», мы на равных. В Беларуси я чувствовала трепет перед режиссерами. Калин Томас американка и буддистка. А потому работа с ней для меня большое открытие. Она ничего не навязывала, мы рожали постановку все вместе, — говорит Евгения. — Правда, разница есть. Например, ты сделал этюд. Наш режиссер будет долго объяснять, что было плохо вот то-то, и ты будешь переделывать этот этюд раз 20. Калин дает — внимание! — 1 шанс. Не справился? Она говорит с вежливой улыбкой «окей» и молча отвергает твою работу (разводит руками). Идея может быть классная, но если она сразу не стреляет, ее не берут. Мы же в Беларуси можем долго копать, искать другой жест часами … А тут: «Ты не нашел жест? Пфф … Все! Кто-нибудь другой сделает этот жест! «С одной стороны жестко, с другой — классно, мегаинтересно, мне нравится такой стиль. Одного для развития нужно погладить, другого — бить (улыбается) «.

Читать дальше