Фронтвумен панк-рок группы «Messed Up» и соосновательница инициативы «Inter» Настя Капыток к активизму пришла небанальным путем — через панк-рок. Об этом она рассказала Hrodna.life.

Это интервью — не только текст, но и подкаст — первый выпуск подкаста «Не по телефону». В этом спецпроекте вы сможете по (д)слушать разговоры с интересными людьми Гродно. Выбирайте комфортный вам формат — текст или звук, устраивайтесь поудобнее и — присоединяйтесь к обсуждению.

Настя, как ты сама воспринимаешь свою музыку — это общественный активизм или творчество? Или ты их не разделяешь?

Сначала для меня это была просто музыка, потом уже появлялось наполнение. Тексты я не пишу. Не знаю, может, у девочек все это раньше в голове появилось, все эти идеи феминизма, свободы, равенства, антимилитаризма. У меня это был долгий процесс.

Я вообще из Новогрудка. Я здесь ни с чем таким не сталкивалась, здесь люди больше думают о том, как бы им покушать, а не о таких высоких штуках. Я и панком-то не была. Просто хотела играть в группе. Девочки сказали: «Мы играем панк». И я подумала: «Хочу играть в группе. Ладно, буду играть панк».

Потом появились концерты, и как-то постепенно появлялись эти идеи. Появлялись спичи между песнями. Помню, мы приехали в Минск, такие аккуратненько одетые панки, и встречаем там реальных панков, с ирокезами. «Вау, такое есть в Беларуси?! Ничего себе!»

панк-группа messed up

Мы выступили, и ко мне подошел какой-то мужик из толпы. Спрашивает: «А чего вы прогоны не делаете?». Я потом подошла к девочкам, спросила, что такое прогоны. Оказалось, мы должны были что-то говорить между песнями. А я между песнями просто молчала. Я начала после этого смотреть концерты — вроде везде люди что-то говорят. Круто! Это займет время, и я смогу сказать какую-то умную мысль.

Так все и началось. Мне нужно было думать, что мне сказать, и я начала что-то читать — про феминизм, свободу, равенство, братство, солидарность. На концертах появлялись всякие коробочки для политзаключенных, и я начала интересоваться, а что это, а кто такие анархисты. И появилось уже такое мое наполнение активистское, со своей позицией. Уже не просто музыка. И теперь это разделять уже, наверное, сложно. Да и зачем.

«Inter», получается, появился из прогонов между песнями? Как инициатива создавалась?

Началось все с того, что моя подруга Маша Яцевская съездила на проект, который организовывали MAKEOUT. Это белорусский проект про гендерность, сексуальность и особенности проявления этого в Беларуси. Они собрали ЛГБТ+ персон и учили их быть активистами. Маша вернулась очень вдохновленная. Я до этого тоже была на проекте, на курсе «Агенты против гендерного насилия» от ИВКА в Минске. Мы с Машей жили вместе, и в группе мы вместе играем — она на бас-гитаре, я пою. Так что мы постоянно в одном пространстве, постоянно обмениваемся мыслями, идеями. И вот мы обе стали думать, что надо бы что-то создать. Не зря же мы все эти навыки и знания получили, нужно с ними что-то делать. Но что именно?

Потом мы вместе с Машей поехали в лагерь от «Больш цела». Это такая низовая инициатива, занимаются продвижением боди-позитива. Ближе к концу проекта, нас разделили на команды для воркшопа, и мы с Машей оказались в одной команде.

Нам дали задание разработать проект: выбрать актуальную для Беларуси тему и придумать под неё инициативу, с нуля. Мы с девочками решили, что для нас важно, чтобы люди были образованы в темах гендера. Это бы создало более безопасное общество. Когда люди понимают, они перестают дискриминировать. Мы решили, что нужно делать образовательные и развлекательные мероприятия. Например, дважды в месяц приглашать лекторов и лекторок из других городов, в частности из Минска, потому что Минск — это такой «рассадник» разных инициатив. Мы красиво разрисовали ватман, расписали проект, представили его, и вдруг поняли, что это же готовый план. И мы хотим его выполнить!

Вернулись в Гродно, и я сразу пошла договариваться про помещение. Помог знакомый, и мы договорились с Центром городской жизни — там обычно проводятся мероприятия, посвященные искусству, культуре, беларусскому языку. Мы там до этого однажды проводили кинопоказ, крутили фильм про войну в Курдистане, про женские отряды, которые борются с ИГИЛовцами.

Я спросила… и нам его дали бесплатно. Я просто рассказала, что мы будем продвигать темы феминизма и ЛГБТ, им зашло, и все, мы погнали.

А почему Inter? Откуда название?

С названием нам было сложно определиться. «Новые регионы», например, сразу знали, что они будут ЛГБТ-инициативой, и у них изначально радуга на логотипе. А мы хотели говорить о широком спектре тем, и не было чего-то главного, от чего можно отталкиваться.

Мы, наверное, день сидели, искали название, и как-то к нам пришло слово «интерсекциональность», «интер». Я как раз рисовала — люблю что-то выводить на бумаге, пока думаю. И вот пришло «интер», а на клавиатуре есть кнопка «энтер». И я нарисовала нам эту кнопку, которую нажимаешь, и все вокруг сразу начинают использовать интерсекциональный подход.

Интерсекциональность, или теория пересечений, — это исследование пересечения различных форм или систем угнетения, доминирования или дискриминации. Сторонники теории интерсекциональности утверждают, что классические концептуализации угнетения в обществе, такие как расизм, сексизм, гомофобия, трансфобия, не действуют независимо друг от друга. Они взаимодействуют друг с другом, формируя систему угнетения, в которой действует множество видов дискриминации.

Inter’у скоро год — уже есть, о чем говорить. Что самого яркого случилось за это время? Вы уже и лекции проводили, и показы, и обсуждения.

Самое яркое, чем я больше всего горжусь, это наше участие в международном фестивале «Не виновата». В нем участвует много городов, и в каждом городе делают свои мероприятия и собирают деньги в помощь женщинам, оказавшимся в трудных ситуациях, пострадавших от насилия. Мы собирали на убежище для женщин «Радислава», потому что в Гродно мы не нашли негосударственных организаций, которым можно было бы помочь. Я так понимаю, все города Беларуси собирали на «Радиславу». От нашей страны участвовало 4 города.

Мы вообще изначально не собирались у себя ничего организовывать, мы хотели только поучаствовать как группа «Messed Up». Связались с организаторками в Минске, а они такие: «В смысле к нам? Гродно — большой город, делайте у себя сами». Мы подумали: сделаем кинопоказ или лекцию — к нам никто не придет. В Гродно много панков. Нужно делать панк-концерт.

Это было 7 марта, мы решили насобирать групп, в которых есть девушки. В итоге мы сделали и лекцию, и концерт. Когда я планирую, я всегда пишу по максимуму, а потом уже думаю, откуда брать деньги. Потому что если брейнштормить и думать «Ой, это не получится, это невозможно», то лучше уже вообще не делать. Все возможно. Надо пробовать.

Я очень нервничала, чувствовала такую большую ответственность. Мне хотелось и реально помочь девушкам, и сделать классное мероприятие. Мы пригласили группы из Минска, из Белостока были ребята, с которыми мы раньше выступали, были девочки из Литвы. Такие классные, и играли такую злую панкоту! Мечта.

Возникла куча вопросов — мы же никогда концерты не организовывали. А тут — визы, проживание, сколько платить, как покормить, аппаратура… Делали все это я, Маша и Лиза, это наша гитаристка из «Messed Up». И помогали наши волонтерки из Inter, они занимались лекционной частью, которая была в первой половине дня. Интересно, что из тех, кто был на лекциях, почти никто не остался на панк-концерт. Мы хотели захватить как можно больше людей, и я понимала, что панки не пойдут на лекции, а посетители лекций — не пойдут на панк. В итоге у нас было где-то 30 человек на лекциях и около сотни на концерте. Хорошую сумму собрали для «Радиславы».

У каждой деятельности всегда есть какая-то внутренняя цель. Что лично тебе дают «Inter» и «Messed Up»?

У меня пока нет четкого ответа на это. Денег мы этим не зарабатываем. С «Messed Up» у нас однажды был переломный момент, когда мы после концерта приехали покушать фалафель, а ни у кого не оказалось денег. То есть, мы не заработали себе даже на фалафель. И мы такие — когда уже мы начнем выступать так, чтобы мы могли себе купить фалафель!

Я просто чувствовала, что у меня есть ресурс, у меня дофига времени, и мне нравится чем-то заниматься. Я люблю что-то организовывать. У меня есть потребность что-то делать, с людьми, и круто, если это что-то полезное. Думаю, то, что я делаю, действительно полезно. И для меня, и для людей… В общем, у меня пока нет четкого ответа на это. Мне просто хочется делать что-то хорошее.


Подслушать больше интересных разговоров — личных, полуанонимных или даже полностью анонимных — вы сможете совсем скоро. А если у вас есть идеи для новых разговоров — пишите нам.

Спецпроект «Не по телефону» создан в рамках программы стажировок «Unit Internship 2020» при поддержке MAKEOUT.

Иллюстрации: Дарья Руссу