Александр Лукашенко правит Беларусью 26 лет. С ним выросло два поколения, которые не видели другого президента и жили своей жизнью, подрастает третье. Корреспонденты Hrodna.life спросили 26- и 19-летних жителей Гродно, родившихся в годы президентских выборов, что они думают о жизни при одном президенте и как это повлияло на их судьбу.

Диана Котющенкова родилась в Гродно в январе 2001 года. По образованию — секретарь-референт, долго не могла найти место для отработки после учебы. Увлекается театром и не видит для себя другого пути, кроме как уехать за границу.

«Мы скребли стены щетками, выдраивали листики на цветочках»

— После окончания колледжа родители настаивали, чтобы я поступала дальше, но я решительно не хочу учится в этой стране. Тогда мне придется остаться тут на долгий период, на отработку, а я и сейчас на ней, из-за этого не могу уехать. С белорусским образованием за границей сложно куда-то пробиться, если это не медицина.

Года три назад мама отдала меня в школу при драматическом театре. Я поняла, что актерство — не мое, но преподаватели говорят, что из меня вышел бы неплохой режиссер. Планирую поступать на режиссерские факультеты в Москве или Петербурге. В других странах будет сложнее — язык не на таком уровне, но российское театральное образование в мире очень ценится. Во время учебы смогу подтянуть язык и уехать куда угодно.

Премьера спектакля «8 любящих женщин» от школы-студии «Турандот» при драматическом театре, ноябрь 2019. Диана — в центре. Фото из архива героини

При одном руководителе ты живешь и не видишь перспектив: либо все одно и то же, либо становится хуже. При этом с самого детства мне в голову вбивали, что Лукашенко — самый шикарный президент. Главный аргумент — мы не воюем, значит, все отлично. До сих пор мне говорят: зачем ты лезешь в политику, зачем ты что-то учишь, Лукашенко хороший президент, какая тебе разница. А мне большая разница, я жить хочу. Я общаюсь с иностранцами, иногда мы разговариваем и на политические темы, я знаю, как в других странах.

Диана в год вторых президентских выборов. Фото из архива героини

Влияние власти на жизнь я почувствовала, когда училась в гуманитарном колледже. Он сильно связан с университетом, где многие решения принимает не ректор, а все идет сверху. Часто бывало так, что мы приходим в колледж, а нам говорят: «Теперь будем делать так и так. Не знаем, почему, нам тоже не нравится, но так сказали». Никто ничего не мог сделать.

Когда приезжал с проверкой замминистра образования, весь колледж перед этим сходил с ума две недели. Мы скребли стены щетками, выдраивали листики на цветочках. В день визита из колледжа выгоняли всех, кто был не идеально одет в форму. Я поняла, что нашу власть просто боятся, это не уважение. Было ощущение, что они увидят немытый цветочек, и лишат финансирования. У нас президентская республика, и все идет от него и тех, кто сидит наверху. Это невозможно проследить, но все взаимосвязано.

Диане удалось устроиться на отработку по распределению в тайм-кафе «Портал». Место в родном городе она искала долго

У меня очень широкая специальность: могу работать и менеджером, и логистом, администратором. Когда я искала место отработки, это была катастрофа. Никто не хочет брать молодых специалистов. Не только из-за отсутствия опыта: их не смогут уволить, либо по статье, либо держать у себя до самого конца. Многим это не выгодно: нужно платить налоги, а вдруг она ничего не будет делать на работе? Колледж помогает найти место. В нашу группу приходило много запросов от государства, но практически все были из глухих деревень, куда никто не хочет ехать. Не могла найти место до последнего, и чувствовала, что меня вот-вот отправят в ссылку на два года. Это реально страшно. Платного на моей специальности не было. У всех были такие проблемы, всех ссылали. Половине моего потока не хватило мест в их родных городах.

«Мечтаю уехать как можно быстрее»

Не уверена, что пойду голосовать на президентских выборах 2020 года. До сих пор, естественно, в выборах не участвовала. Но насколько знаю от людей, которым доверяю, всегда было так: пойдешь — фальсифицируют, не пойдешь — фальсифицируют точно. Страшно идти, и страшно не идти. Странное чувство.

Есть опасение за то, что твой голос окажется в пачке, которая уйдет туда, куда нужно правительству, а не тебе. Самое худшее — чувство, будто ты ничего не можешь сделать, ничего не можешь изменить. Ты всю жизнь видел только этот пример: что люди ничего не могут решать. Всю жизнь видел, что их голоса вписываются, и они через две недели узнают — я, оказывается, на выборах был, а меня в стране не было.

Диана не планирует оставаться в Беларуси

Когда-нибудь власть все равно поменяется. Для начала нужно из «аграномики» экономику сделать. Если новый правитель будет не из семьи Лукашенко, если ситуация станет хотя бы нормальной, а не хорошей — я могу вернуться. Но в государство, каким оно есть сейчас — возвращаться категорически не хочу, и мечтаю уехать как можно быстрее. В Россию пока поеду исключительно за образованием, с которым я могла бы пойти не на ферму. Я хочу развивать свою жизнь, доносить до людей свои мысли, делать, что мне нравится. В Беларуси такой возможности нет.

«Гнев будет страшнейшим, а в гневе можно и ложкой до смерти забить»

На перемены я надеюсь, и боюсь. Очень боюсь 9 августа: если объявят, что Лукашенко выиграл, а от фальсификации никуда не денется, — начнется чертова революция, ужасно это осознавать. Я хочу, чтобы стал президентом хоть кто-то, кроме Лукашенко, потому что страшно и безысходно. Боюсь, что будут военные действия. Опасаюсь за свою жизнь, своих родных, за работу. Не станет денег, а на что жить? Больше всего пугает неизвестность. То, что происходит сейчас — уже страшно, а это просто мирные протесты. На немирных все будет намного хуже, люди возьмут оружие, это неизбежно. Гнев будет страшнейшим, а в гневе можно и ложкой до смерти забить.

Читайте также:

Журналистка Hrodna.life