Обвиняемая по уголовному делу — пожилая гродненка, провизор одной из аптек. Ей грозит до 6 лет лишения свободы. Потерпевшие — молодые сотрудницы милиции. Они просят компенсации морального вреда по 5 000 рублей каждая.

Встать, суд идёт!

Уголовный процесс против 55-летней Марины Поликарповой начался 7 декабря в Ленинском суде Гродно. Потерпевшими выступают две сотрудницы Гродненского ОМОНа — прапорщики Мария Мазуркевич и Дарья Бондарчук. Процесс ведет судья Руслан Гурин. Государственное обвинение представляет прокурор Никита Мысливец. Со стороны защиты выступает адвокат Екатерина Грицкевич.

Поликарпову обвиняют в том, что она участвовала в несанкционированном мероприятии и после задержания «противодействовала сотрудникам милиции и умышленно применила насилие». (ч.1 ст. 364 УК РБ). Она укусила одну девушку-милиционера и ударила другую. Поликарпова говорит, что это была самозащита против удушающего приема и грубого избиения. ОМОНовки утверждают, что женщина сама угрожала им и била умышленно.

В Гродно начался суд над покусавшей сотрудниц ОМОНа 55-летней Мариной Поликарповой
Марина Поликарпова в зале суда, перед началом процесса, 7 декабря. Фото Ирины Новик

«Заткн еб***, с***. 55-летняя гродненка при задержании укусила омоновку. Её избили, а сейчас завели уголовное дело

События, которые рассматривает суд, произошли вечером 9 августа, в день выборов. Воспоминания об их у обвиняемой и потерпевших сильно отличаются.

Галина Поликарпова: Погода была хорошая, поехали в центр пройтись

Галина Поликарпова рассказала, что в центр города 9 августа она приехала со знакомой. Женщины встретились на избирательном участке и после голосования решили пройтись по городу, потому что давно не виделись. Местом для прогулки выбрали парк Жилибера. Около 21 часа пошли через площадь Ленина и улицу Советскую к остановке, чтобы ехать домой. По пути подруга Поликарповой присоединилась к группе друзей и женщины попрощались. Сама Поликарпова случайно встретила брата и дальше пошла с ним. На улице Советской брат остановился поговорить со знакомым. Поликарпова пообещала подождать его на остановке и дальше пошла одна. На углу улиц Советская и Октябрьская Марина увидела цепь людей в чёрной форме. Дорога к остановке была перекрыта. Она перешла дорогу и остановилась в сквере, чтобы дождаться брата. Позвонила спросить, почему он не идет. Брат ответил, что его задержали.

Чтобы узнать, как безопасно покинуть площадь, женщина подошла к «человеку в черной форме и маске». Марина определила, что это милиционер. Он махнул рукой в сторону остановки: «Идите туда». Там Поликарпову встретил человек в гражданской одежде, попросил сесть в бус и приготовить паспорт. «Я думала это проверка документов и без всяких возражений и сопротивлений села в автомобиль». Машина завелась и поехала по улице Советской до памятника Соколовского. «Мне было сказано перейти в другой автомобиль, гражданский бус. Я также без всяких сопротивлений и возражений поступила так, как мне было указано. Пошла в этот автомобиль. Там я увидела двух молодых девушек в гражданской форме (видимо, Марина перепутала — имелась в виду гражданская одежда — Hrodna.life). Еще там сидел молодой человек. Думаю, это был задержанный. Заметила у него на лице ссадину».

«Дальнейшая ситуация повергла меня в шок»

Я спросила у девушек, предъявлять ли мне паспорт. Кто-то из них сказал: «Небось, в Польше живешь».

Женщина предложила им проверить это по паспорту. «Дальнейшая ситуация повергла меня в шок», — рассказывает Поликарпова.

«Я говорить не буду, потому что это нецензурное выражение. Меня оскорбили нецензурными словами. Смысл выражения был в том, чтобы я „заткнулась“. Обозвали меня сукой. После этого я начала возмущаться».

Поликарпова стала выяснять, почему с ней так грубо разговаривают, пыталась донести, что молодым девушкам непристало оскорблять пожилую женщину, которая годится им в матери.

«Им надоело слушать мои возмущения и тогда Бондарчук ударила меня кулаком в плечо и ногой в бедро. После удара я упала спиной назад на сидение автомобиля. Она подошла ко мне и нанесла множество ударов руками. Один из ударов пришелся в лицо. На мне были очки, как сейчас. Они разбились. Образовалась ссадина с правой стороны. Зрение у меня очень плохое, было уже темно, я потеряла ориентацию, что происходило и где происходило».

В Гродно начался суд над покусавшей сотрудниц ОМОНа 55-летней Мариной Поликарповой
Галина Поликарпова, после задержания 9 августа и «суток». Фото «Радио Свобода». Судебно-медицинская экспертиза зафиксировала у Поликарповой около 50 повреждений ударного характера

При чем тут Лукашенко?

После избиения Поликарпова попросила девушек представиться. Сказала, что пойдет снимать побои и должна знать, кто нанес повреждения. «Они не хотели представляться, смеялись и цинично разговаривали между собой. Но я настаивала». В итоге Бондарчук сказала, что ее зовут Маша Лукашенко, а Мазуркевич представилась Настей Лукашенко.

«Я — Маша Лукашенко, а я — Настя Лукашенко». Что известно о девушках из ОМОНа, которые избили 55-летнюю женщину в Гродно

«Я возмутилась: «При чем здесь Лукашенко и какое он имеет отношение к данной ситуации?» — говорит Поликаркова. Сотрудницы милиции, по ее словам, снова посоветовали «заткнуться» и пригрозили надеть наручники.

В Гродно начался суд над покусавшей сотрудниц ОМОНа 55-летней Мариной Поликарповой
Мария Мазуркевич (слева) и Дарья Бондарчук. Коллаж из скринов видео о девушках из ОМОН

«Я испугалась, реально, за свою жизнь»

«Я сказала — пожалуйста. Если вы имеете право, надевайте. И протянула руки. Они надели наручники. Я отодвинулась назад и наручник на левой руке расстегнулся».

Поликарпова говорит, что не удержалась от замечания: «Не можете даже наручники нормально надеть».

«Ах, тебе не нравится? Сейчас наденем так, как тебе понравится», — отреагировали ОМОНовки. «Девушки подступили вплотную и стали наносить удары, — вспоминает Поликарпова. —  Я была в таком состоянии… Полная дезориентация. Единственное, что я могла делать — защищаться от этих ударов, отмахиваясь правой рукой».

Выбор ОМОНа Гродно: как перестать бегать за медалями и заставить всех тебя ненавидеть

По словам обвиняемой, Бондарчук подошла вплотную, стала коленом на соседнее сиденье и попыталась применить удушающий прием. «Левой рукой она пыталась душить меня за горло, а правой рукой завести мою руку за спину. Я испугалась, реально, за свою жизнь. Я никогда не была в такой ситуации. Ко мне никто и никогда не применял насилия. Я стала сопротивляться. Отодвинулась максимально от нее о опустила голову на грудь. Поэтому на шею руку она не смогла положить. Её рука попала мне в рот и я инстинктивно абсолютно … Я укусила ее, а правую руку вырвала. Тогда присоединилась Мазуркевич. И они вдвоем меня скрутили. Бондарчук держала двумя руками за левую руку, закручивала ее за спину, а Мазуркевич за правую и закручивала за спину. Они наклонили меня вперед. Я лицом уткнулась в колени. Потом услышала, как они кого-то позвали. Мне показалось, что звали человека по имени Витя. После этого я почувствовала сильнейший удар по затылку кулаком. Кто меня бил, я не знаю. Я этого не видела».

«Фашисты в кино — вежливые люди по сравнению с ними». Бармен из Гродно, — о 14 часах после встречи с ОМОНом

«Потом меня доставили не знаю куда»

«Потом кто-то из девушек выдернул у меня из волос заколку и сильно потянул за волосы вниз. Они защелкнули мне за спиной наручники, затянув их по максимуму. Моя левая рука была травмирована до крови.

В таком виде меня доставили … я не знаю куда. Куда меня везут и зачем, мне озвучено не было. Больше после этого меня уже не били".

«Никаких действий, которые мне инкриминируют, что я митинговала, кричала — я ничего не делала.

Я чисто случайно попала в это место. Я туда пошла только с одной целью — уехать домой на общественном транспорте. Никаких лозунгов по поводу выборов я не произносила".

Из уточняющих вопросов стороны обвинения:

Прокурор: Как вы поняли, кто эти девушки?

Обвиняемая: Я до последнего не понимала, кто эти девушки. Поняла, только когда меня привезли в РОВД.

Прокурор: А паспорт почему хотели предъявлять?

Обвиняемая: Потому что тот человек, который задержал меня, сказал, чтобы я его приготовила. Может я совершила ошибку, когда спросила, но я на тот момент не знала, на что я имею право или не имею права.

Прокурор: То есть, вы просто так подчинились требованиям какого-то человека, который к вам подошел, сказал «предъявите паспорт», сели покорно в автомобиль, поехали к другому автомобилю…

Обвиняемая: Вся обстановка предполагала это. Вокруг были сотрудники в черной форме. Я думала, у нас такого нету в стране, чтобы просто так на улице подходили и предлагали садиться в автомобиль.

Прокурор: Правильно ли я вас понял, что до момента доставления в РОВД вы не понимали что происходит?

Обвиняемая: Да

Из объяснений Поликарповой:

После нанесенных ударов я упала спиной назад на сиденье, в угол. И больше не имела возможности подняться.

Прокурор: В этот момент вам наносили удары?

Обвиняемая: Да.

Прокурор: Кто именно? Сколько?

Обвиняемая: По-моему, в основном Бондарчук. Сколько? Ну, не меньше 10. Когда один удар мне пришелся в лицо, я потеряла, вообще, так сказать, нить. В голове была только одна мысль. И я, вот так вот, левой рукой пыталась защититься, прикрывая лицо. Несколько ударов попало в эту руку, в грудь. У меня была только одна мысль — я провизор, мне надо идти на работу, я с таким разбитым лицом на работу не смогу пойти. Я старалась защитить, как можно, лицо. Это раз.

В Гродно начался суд над покусавшей сотрудниц ОМОНа 55-летней Мариной Поликарповой
Поликарпова на работе в аптеке. У нее высшее образование, она провизор в одной из аптек Гродно. Фото Ирины Новик

Во-вторых, у меня и так уже нос прооперирован, проблемы по ЛОР конкретные. Я очень боялась, что ударят в лицо, поломают нос, что будут большие проблемы … Первый раз она ударила кулаком, а дальше не знаю. Я мало видела, прикрывала лицо… Я боялась. Реально боялась, понимаете? Я от страха… Я никогда не была в таких ситуациях. Ко мне в жизни никто не применял насилия. Для меня был шок. Шок!"

Из уточняющих вопросов со стороны защиты:

Адвокат: [когда вы были в сквере около Советской] с предупреждениями о том, что происходит массовое мероприятие к вам обращались?

Обвиняемая: Нет.

Адвокат: На момент, когда вы находились в сквере, вы свои действия оценивали, как законные?

Обвиняемая: Я, честно говоря, никак свои действия не оценивала. Я была озабочена, как мне теперь домой вернуться и что будет с моим братом. И всё. А действия… Чтобы оценивать, их нужно совершать. Мое действие единственное, которое я совершала — я там стояла. И больше ничего.

Адвокат: Когда вас пригласили в транспортное средство, сотрудник сообщал вам, что вы задерживаетесь?

Обвиняемая: Нет. Сказал, пройдите и приготовьте паспорт.

Адвокат: О том, что задерживаетесь за правонарушение согласно статьи 23.34 УК РБ [вам cообщили]?

Обвиняемая: Нет. Нет.

Адвокат: Права и обязанности задержанного лица объяснял?

Обвиняемая: Нет

Адвокат: Протокол задержания составлял, давал подписывать?

Обвиняемая: Нет, нет.

Адвокат: Бондарчук и Мазуркевич в том транспортном средстве, где вы потом находились вам что-либо поясняли?

Обвиняемая: Нет

Адвокат: Оскорбления, которые в ваш адрес были высказаны, на ваш взгляд, имели под собой какую-то основу, причину? Может быть, вы спровоцировали их своими противоправными действиями, или это без причины?

Обвиняемая: Я считаю, что для употребления нецензурной лексики вообще не может быть никаких причин. Единственное, с чем я к ним обратилась — подавать ли мне паспорт.

Адвокат: В целом по задержанию — считаете его законным?

Обвиняемая: Нет. Я не совершала ничего, кроме того, что находилась в том месте.

Адвокат: Как вы считаете, могут ли иметься у Мазуркевич и Бондарчук причины оговаривать вас?

Обвиняемая: Я могу предположить, конечно. Потому что они применили ко мне противоправные действия, а теперь боятся ответственности.

Адвокат: После инцидента в ночь задержания вам оказывалась медицинская помощь?

Обвиняемая: Да. Мне в участке стало плохо, около 2-х часов ночи. Стала сильно кружиться голова, думаю, после этого удара. Меня 2 раза вырвало. Вызывали скорую помощь, да. Возили в больницу скорой помощи, потом возили в детскую больницу там делали компьютерную томографию.

Адвокат: при этом доставлении в больницу скорой помощи были зафиксированы у вас телесные повреждения?

Обвиняемая: Да. Были.

Адвокат: До задержания 9 августа у вас были телесные повреждения?

Обвиняемая: Нет, не было.

Прокурор уточнил некоторые несовпадения в протоколах опроса от 10 августа с показаниями на суде 7 декабря. Обвиняемая объяснила это состоянием здоровья — ко времени допроса 10 августа она уже 2 дня не принимала таблеток от давления, а также тем, что при задержании у нее забрали очки и не дали их, когда нужно было читать протокол допроса.

Прокурор: То есть, вы не прочитали?

Обвиняемая: Я читала, как могла.

Мария Мазуркевич: «Мы осуществляли охрану порядка»

Потерпевшая, 33-летняя Мария Мазуркевич рассказала суду, что служит в милиции с октября 2010 года. 9 авгутста она заступила на службу с 8 утра до особого распоряжения. «В мои непосредственные обязанности входит охрана общественного порядка, обеспечение общественной безопасности, предотвращение административных правонарушений, преступлений, задержание лиц их совершивших, доставление этих лиц в райотделы для дальнейшего разбирательства и … всё, — рассказала она. — Мы осуществляли охрану порядка по всей территории города Гродно. По необходимости выставлялись наряды на определенные маршруты».

В Гродно начался суд над покусавшей сотрудниц ОМОНа 55-летней Мариной Поликарповой
Скрин с видео УВД Гродно о девушках из ОМОНа

В центр города, по словам Мазуркевич, их вместе с Дарьей Бондарчук привезли вечером 9 августа.

«Мы приехали на улицу Советскую примерно в 9 часов вечера, для осуществления охраны общественного порядка. Наш служебный транспорт находился вблизи дома № 15, то есть, около памятника Соколовскому. Примерно в 22.30 сотрудники органов внутренних дел доставили нам в служебный автомобиль женщину и указали, что ее необходимо доставить в Ленинский райотдел за совершение административного правонарушения по статье 23.34 Кодекса об административных правонарушениях Республики Беларусь.

В дальнейшем данной женщиной оказалась Поликарпова Марина Николаевна. Марина Николаевна пересела в служебный автомобиль. Мы ей представились, сказали, что мы являемся сотрудниками ОМОНа.

Так как мы находились в гражданской форме, представились «прапорщик Мазуркевич, прапорщик Бондарчук» и сказали, что будем доставлять ее в Ленинский райотдел для разбирательства за совершение ею административного правонарушения. Марина Николаевна начала возмущаться, что она ничего не совершала, что она никуда с нами не поедет, что мы ответим за свои действия, что она просто так это не оставит.

Мы неоднократно требовали, чтобы Марина Николаевна успокоилась. Она пыталась выйти со служебного транспорта неоднократно. Вставала, хватала нас за одежду. На наши законные требования прекратить противоправные действия она не реагировала. Затем мы предупредили, что если Марина Николаевна не прекратит свои противоправные действия, то в отношении ее будет применена физическая сила и спецсредства. То есть надеты наручники. Марина Николаевна на наши требования законные не отреагировала. Мы решили применить спецсредства. Моя коллега Дарья Бондарчук взяла Марину Николаевну за левую руку, чтобы совершить загиб руки за спину. Но в этот момент Марина Николаевна укусила Бондарчук за ладонь. И она не то, что ее укусила и отпустила. Она укусила и удерживала продолжительное время. В этот момент я попыталась совершить загиб ее правой руки за спину. Но Марина Николаевна нанесла мне умышленный удар в лицо, чем повредила мне лоб, поцарапала лицо, сорвала маску. Марина Николаевна продолжала биться руками, ногами, вставала, пыталась покинуть транспортное средство. Кое-как нам удалось надеть ей наручники спереди. Для того, чтобы причинить наименьший ей вред, наручники мы застегнули не до конца. Но так как Марина Николаевна очень сильно упорствовала, она разорвала наручник и тогда мы снова попытались надеть на нее наручники, но сзади. Дарья Бондарчук взяла ее за левую руку, произвела загиб руки за спину, я за правую и надела на нее наручники. Всё. Далее мы следовали в Ленинский райотдел, доставили ее, составили документы и уехали",

Из уточняющих вопросов со стороны обвинения:

В Гродно начался суд над покусавшей сотрудниц ОМОНа 55-летней Мариной Поликарповой
Присутствующие на заседании суда. Скетч Ирины Новик

Прокурор: В какой момент Марина Николаевна укусила вашу коллегу?

Потерпевшая: Еще до того, как надели наручники. Когда Дарья взяла ее за руку, она вот так подняла и укусила. Ну, укусила и удерживала ее.

Прокурор: Долго по времени она ее удерживала?

Потерпевшая: Ну, около минуты, наверное.

Прокурор: Реакция какая-то со стороны потерпевшей последовала? Крик. возглас какой?

Потерпевшая: Нет. Я только запомнила коллеги лицо в тот момент. Ну, от боли.

Прокурор: Когда ее [Поликарпову] доставили в служебный автомобиль, сотрудник, который ее привез, он был в форме или в гражданской одежде?

Потерпевшая: Знаете, я уже не помню,

Прокурор: Наносили ли вы удары руками, ногами по потерпевшей?

Потерпевшая: Нет.

Прокурор: А ваша коллега?

Потерпевшая: Нет.

Прокурор: С вашей сторону была какая-нибудь нецензурная брань, оскорбления?

Потерпевшая: Нет

Прокурор: Вы каким-то образом можете рассказать, почему обвиняемая говорит про брань, про избиения ее руками и ногами?

Потерпевшая: Ну, скорее всего Марина Николаевна хочет избежать наказания за свои незаконные действия. Я хочу отметить, что Поликарпова умышленно и целенаправлено воспрепятствовала законной деятельности сотрудников органов внутренних дел, исполняющих свои должностные обязанности по охране общественного порядка.

Целенаправленно производила удары мне в лицо, кусала коллегу, чтобы, ну, воспрепятствовать деятельности и избежать наказания за свои незаконные действия. Однако мы знаем, что суд в ее деяниях усмотрел состав административных нарушений.

Из уточняющих вопросов со стороны защиты:

Адвокат: Кем было принято решение о применении физической силы?

Потерпевшая: Нами двумя.

Адвокат: Кто предложил?

Потерпевшая: Не помню.

Адвокат: А как вы оговаривали, каким образом будете применять [силу]?

Потерпевшая: Мы не оговаривали

Адвокат: Как была одета Марина Николаевна?

Потерпевшая: Я не помню. Уже прошло 4 месяца

Адвокат: Очки были на Марине Николаевне?

Потерпевшая: Не помню

Адвокат: Как можете объяснить, что по результатам судебно-медицинской экспертизы у Поликарповой обнаружены в том числе телесные повреждения, полученные в результате ударных воздействий?

Потерпевшая: Не знаю.

Адвокат: В частности, телесные повреждения на груди, на лице, на бедре — ударного характера — на плечах, на предплечьях.

Потерпевшая: Не знаю.

Адвокат: Скажите, а видеорегистратор в машине работал, известно вам?

Потерпевшая: Нет.

Адвокат: Не работал? Целый день не работал?

Потерпевшая: Да, не работал

Адвокат: Вам было известно, что не работал?

Потерпевшая: Нет. Я в этом автомобиле не работала в тот день. Это теперь я знаю, что он не работал.

Дарья Бондарчук: «Было очевидно, что нужно применение физической силы и спецсредств»

Вторая потерпевшая по делу, 26-летняя Дарья Бондарчук служит в ОМОНе с ноября 2014 года. В день выборов, 9 августа, с 8 утра заступила на службу. О событиях, связанных с задержанием Поликарповой, рассказывает так:

«К нам в машину передали Поликарпову. Я ей подала руку, потому что видела, что женщина в возрасте, что ей будет тяжело залезть в машину. Я подала руку, представилась. Сказала, что сотрудник ОМОН, что она задержана.

В Гродно начался суд над покусавшей сотрудниц ОМОНа 55-летней Мариной Поликарповой
Скрин с видео УВД Гродно о девушках из ОМОН

После того, как она услышала, что задержана, она начала буйствовать, размахивать руками, кричать, что вы там за всё ответите, там… хвататься за одежду, пытаться выйти из машины".

На вопрос прокурора, кто привел Поликарпову, Бондарчук рассказала, что это были сотрудники в форме и что они пояснили — Поликарпова задержана по статье 23.34.

Из уточняющих вопросов со стороны обвинения:

Прокурор: Наносили ли вы удары руками или ногами по каким-либобо частям тела Поликарповой?

Потерпевшая: Нет.

Прокурор: Ваша напарница?

Потерпевшая: Нет

Из уточняющих вопросов со стороны защиты:

Адвокат: В какой момент было принято решение о применении физической силы и кем?

Потерпевшая: После неоднократных требований мы решили применить физическую силу и спецсредства.

Адвокат: Кем было принято решение?

Потерпевшая: Обоими. Это было очевидно, что нужно применение физической силы и спецсредства. Потому что поведение было неадекватное.

Адвокат: Вы оговаривали как-то с коллегой?

Потерпевшая: Это не оговаривается. Это было очевидно. За столько лет работы это очевидно, что в отношении человека нужно применять физическую силу и спецсредства в соответствии с законом.

Адвокат: Кто первый начал применять физическую силу?

Потерпевшая: Я, может быть… Я не помню.

Адвокат: Почему ранее в объяснениях следствию не указали, что вам было известно, за что задержали Поликарпову?

Потерпевшая: Тогда тяжелое время было. Я в тот период много работала.

Адвокат: Почему раньше не указывали, что физическая сила применялась до укуса?

Потерпевшая: Потому что у меня было много работы.

Адвокат: Почему раньше не указывали, что надевали наручники спереди?

Потерпевшая: Потому что, я говорю, был тяжелый период времени, невнимательно читали объяснения… На тот момент не помнила. Сейчас я сходила в отпуск, все взвесила, отдохнула и вспомнила.


Судебные заседания по делу продолжатся 8 и 9 декабря.

В Гродно начался суд над покусавшей сотрудниц ОМОНа 55-летней Мариной Поликарповой
Марина Поликарпова (в центре, справа) с присутствовавшими на суде 7 декабря. Снимок после заседания. Фото Ирины Новик

Перепечатка материалов Hrodna.life возможна только с письменного разрешения редакции. Контакт info@hrodna.life

Редакторка спецпроектов, репортерка, фотографка и видеографка. В журналистике с 2015 года. Участвовала в разработке концепции ребрендинга издания «Твой стыль» и создании «Hrodna.life». По образованию Ирина инженер-механик, поэтому не боится технически сложных форматов.

Чаще всего пишет социальные репортажи. Любимое дело — изобретать велосипед и ставить амбициозные цели для всех, кто не успел спрятаться.

Материалы Ирины Новик были отмечены дипломами многих конкурсов.