В Беларуси нет выработанной практики, как реконструировать здания советской эпохи. И это хорошо видно на примере Гродно. Бывший ДК Химиков, кинотеатр “Гродно” и ж/д вокзал за последние 15 лет изменились до неузнаваемости и потеряли свои оригинальные черты. То же самое могло произойти с Домом быта на Замковой. Но его будущее все еще неясно.
Главное в этом тексте
- В Беларуси отсутствует устойчивая практика реконструкции зданий советской эпохи, что видно на примере Дома быта в Гродно.
- Обсуждения реконструкции Дома быта завершились, но окончательный проект еще не представили.
- Первоначальный проект реконструкции от бизнесмена Семашко подвергся критике. Его отклонил градостроительный совет.
- Мнения горожан о Доме быта противоречивы: некоторые ценят его функциональность, а другие критикуют архитектурный стиль.
- Фактически, власти Гродно отложили решение вопроса с Домом быта. Но через пару десятилетий здание все равно может потребовать сноса.
- Гродненские архитекторы нарушили планы Семашко
- Как Гродно вместо Дома рыбака получил «пробку»
- От «дворца» до «снести, он мешает»: как горожане воспринимали Дом быта?
- Реконструкция Семашко «очень веселенькая»
- «Нет» проекту Семашко — хороший знак и символ переосмысления?
- Срок годности здания подошел к концу?
- Реконструкция — это хорошо, вопрос в подходе
- Про «исторический Диснейлэнд» спорят не только в Беларуси
- Как послевоенный модернизм реконструировали в Германии и России — и можно ли так поступить с Домом быта
- Решение вопроса с Домом быта власти отложили лет на 20
Общественные обсуждения по реконструкции Дома быта закончились 14 февраля 2026. Во время недавней прямой линии с горожанами председатель Гродненского горисполкома Андрей Хмель пообещал вскоре показать проект реконструкции.
«С согласия собственника покажем окончательную визуализацию Дома быта. Инвестор достаточно известен в городе Гродно и строит свои объекты быстро», — отметил Хмель.
Гродненские архитекторы нарушили планы Семашко
«Достаточно известный инвестор» — гродненский бизнесмен, отельер и строитель Станислав Семашко. И именно его первоначальный проект реконструкции не понравился городским архитекторам. В ноябре 2025 года архитектурно-градостроительный совет при горисполкоме не разрешил Семашко реконструировать Дом быта.
Совет посчитал проект реконструкции в «романтическом» стиле псевдоисторическим. Специалисты раскритиковали противоречия с генпланом и отсутствие научного обоснования стиля, а еще — необоснованное увеличение высоты здания.
Как правило, решения таких собраний редко публикуются. Поэтому подсчитать точную статистику отказов непросто. Но в случае с проектом Семашко критика совета стала публичной — и тогда, казалось бы типичная история с реконструкцией здания в историческом центре Гродно приобрела новый поворот. План Семашко был нарушен.
Как Гродно вместо Дома рыбака получил «пробку»
В середине 60-х в СССР набирал обороты новый архитектурный стиль — советский модернизм. Отличительной чертой этого направления стало «устранение излишеств в проектировании». Строили быстро и дешево, по возможности отказывались от проектов с дорогим декором. На первый план выходила простота, строгость форм и экономия.
«Агульны падыход мадэрнісцкай архітэктуры — не ўлічваць гістарычны кантэкст, а ствараць новыя ідэальныя гарады. І такія “разбуральныя” ў нашым сённяшнім разуменні падыходы былі не толькі ў савецкіх архітэктараў, а агулам ва ўсім свеце», — объясняет архитектор Роман Забелло.
Роман Забелло — белорусский архитектор и реставратор. Работал над проектами реконструкции Гродненского и Лидского пивоваренных заводов. Курировал реставрацию старинного особняка на улице Городничанской. Был одним из авторов проекта реставрации комплекса с «Домом рыбака» на Замковой улице.
В 2024 Романа задержали по «делу архитекторов» за якобы «организацию и подготовку действий, грубо нарушающих общественный порядок». Суд приговорил его к трем годам «домашней химии». Правозащитники признали Романа Забелло политзаключенным.
Эта тенденция не минула и Гродно — в городе начали возводить первые модернистские здания. Построили главпочтамт, гостиницу «Беларусь», Дворец пионеров (сегодня — Дворец творчества детей и молодежи).
По теме: Красиво или безобразно? Гид по архитектуре советского модернизма в Гродно
В 1966 году разработали проект будущего Дома быта. Возвели здание спустя пять лет. Чтобы реализовать проект, снесли целый квартал исторической застройки и нарушили расположение старинных улочек. Хотели, чтобы старые постройки не закрывали вид на современное здание.
«У гістарычных гарадах самае каштоўнае, на маю думку, планіровачная структура. Сетка вуліц, правулкаў і плошчаў фарміруецца стагоддзямі і з’яўляецца найбольш устойлівым і непаўторным элементам — змяніць кірунак вуліцы значна складаней, чым перафарбаваць фасад. Масштабныя змены гарадоў у ХХ стагоддзі былі магчымы толькі ў таталітарных дзяржавах, дзе не ўлічвалі прыватную ўласнасць — гэта як раз тое, што адбылося ў нас пры савецкай уладзе», — объясняет Роман Забелло.
Одним из таких примеров и стал снос квартала на Замковой. Архитектор добавляет, что строительство Дома быта также «перерезало» трассу исторической улицы Кляшторной.
«Канешне, ў параўнанні са зменамі, што адбыліся на Савецкай плошчы, гэта дробязь. Але будаўніцтва Дома быту ўсё роўна моцна змяніла характар гэтай часткі горада».
«Здание поставили как пробку, закрыв вид на купола женского монастыря за ним. При этом точно такое же здание есть и в Минске в районе Института культуры, но там оно совсем не выделяется на фоне зданий советской постройки, хотя так же нелепо», — комментировал в 2024 году на странице “Ретро Гродно” в Facebook архитектуру Дома быта преподаватель ГрГУ Игорь Губаревич. На данный момент он — уже бывший преподаватель, осужденный на 2,5 года “химии” за донаты. Белорусские правозащитники признали его политзаключенным 16 февраля 2026 года.
От «дворца» до «снести, он мешает»: как горожане воспринимали Дом быта?
Много лет Дом быта вызывал споры. Одни отмечали его функциональность — в одном здании было собрано все, что необходимо горожанам: ремонт одежды и часов, фотоателье, парикмахерские и химчистки. «Туда входили словно во дворец», — пишет в обсуждении в Facebook-группе “Гродно” горожанка Светлана Мурина.
Другие ругали здание — в первую очередь за его архитектурный стиль, который не вписывался в исторический квартал города.
“Калі вы адкрыце публікацыі на сайце актывістаў захавання горада Harodnia.com, то ўбачыце, што адносна Дому быту ўсё напісана вельмі канкрэтна: знесці, бо ён перашкаджае”, — говорит историк и культурный антрополог Степан Стурейко. Действительно, уже самые старые публикации на этом сайте, датированные 2006 и 2007 годами, призывают к одному — сносу Дома быта.
По теме: Как может выглядеть Замковая без Дома быта: историк показал проект
Идею со сносом Дома быта поддерживает и Роман Забелло. По словам архитектора, масштаб здания не вписывается в историческую застройку района.
«Высокі, шырокі — гэта архітэктура, якая не маштабна, дысгарманічна гістарычнаму асяроддзю. Адзінае, што Дом быту стаіць крыху схаваным забудовай, таму не праглядаецца з асноўных відавых кропак. З улікам сённяшніх ведаў пра тэорыю культурнай спадчыны, будаванне Дому быта на тым месцы, канешне, было памылкай. Але на той час ягонае будаўніцтва ўкладвалася ў кантэкст агульнасусветных мадэрністычных тэндэнцый».
Реконструкция Семашко «очень веселенькая»
В 2019 году о сносе здания заговорили и сами власти — признали, что Дом быта не вписывается в исторический центр. Правда, уже спустя год от этой идеи отказались и решили реконструировать здание.
В последующие годы Дом быта выставляли на аукцион четыре раза. Покупатель нашелся только с пятой попытки — им стал Станислав Семашко.
Личность бизнесмена хороша знакома гродненцам. Это он реставрировал Дом Муравьева под гостиницу и строил по соседству ТЦ «Палац». Семашко удалось скупить половину квартала между улицей Калючинской, молодежным центром “Гродно” и Советской площадью — сегодня ему там принадлежат четыре дома.
При работе со зданиями у Семашко есть характерный почерк. Он любит помпезность, часто добавляет неуместные декоративные элементы, а также надстраивает дополнительные этажи ради увеличения арендной площади. Например, «Палац» на Калючинской бизнесмен характеризовал как «очень веселенький объект».
«Нет» проекту Семашко — хороший знак и символ переосмысления?
«Веселеньким» Семашко планировал сделать и Дом быта. В первом проекте реконструкции он предложил надстроить дополнительный этаж и полностью переделать фасад, добавив псевдоисторические элементы. Обещал сделать все качественно и под ключ за восемь месяцев. Градостроительный совет сказал нет проекту Семашко.
По мнению Степана Стурейко, это хороший знак. Значит, в архитектурном сообществе началось переосмысление процессов, которые разворачиваются в городской среде.
“Той жа самы “Дзіцячы свет” (бывший магазин “Детский мир” на Советской — Hrodna.life) рэканструявалі — яго зрабілі нібыта казачнай шкатулкай. Чыгуначны вакзал — таксама прыклад мадэрнізму, але і яму зрабілі контрфорсы (подпорные стены, характерные для более давних эпох — Hrodna.life), вежачку надбудавалі. Так вакзал стаў падкрэсліваць гістарычны каларыт горада. Кінатэатр «Гродна» — і там вежачку ўляпілі, каб падкрэсліць, што мы знаходзімся ў гістарычным асяроддзі. Нікому гэта не замінала, ніхто не ўступаўся ў абарону — бо склалася такая практыка. Да Дому быта паставіліся адпаведна. Але наш савет выказаўся іншым чынам — парадаксальная сітуацыя, гэтага не чакалася. Мяркую, гэта можна толькі вітаць, бо была выказана прынамсі новая думка”.
Роман Забелло добавляет, что инвестор хочет получить квадратные центры в самом центре города, чтобы сдать их в аренду и получить прибыль. В свою очередь власти, вероятно, подсчитали, что для них такой вариант в моменте выгоднее и дешевле, чем демонтаж Дома быта и комплексный подход к регенерации части городской среды.
В первом проекте реконструкции Семашко архитектор считает самым пагубным даже не дополнительные элементы или псевдоисторический стиль, а желание бизнесмена надстроить дополнительный этаж.
«Пад нагодай імітацыі гістарычнай кроўлі яны паспрабавалі «схаваць» шосты паверх. Магчыма, гэта было адпраўной кропкай для таго, каб наўпрост павялічыць плошчу будынка. Але не выключаю і таго, што такая архітэктура можа наўпрост падабацца заказчыку — ён так бачыць і яму прыгожа».
Срок годности здания подошел к концу?
Семашко не забросил идею с реконструкцией, но пошел на уступки. После приостановки общественных обсуждений и созыва собрания горожан (которое в итоге отменили), бизнесмен представил новый проект. Согласно ему, надстраивать дополнительный этаж Дому быта не будут, «лепить» дополнительный декор на фасад и окна — тоже. Архитектурный стиль здания сохранится.
Степан Стурейко оценивает второй вариант проекта «намного более тактичным».
«Пакуль цяжка зразумець (што атрымаецца — Hrodna.life), бо паўнавартаснай дакументацыі нам не паказваюць. Пытанне ў іншым — гэта сучасная архітэктура, няхай і пабудаваная ў савецкія часы. Такія будынкі, у адрозненні ад будынкаў старых часоў, маюць тэрмін прыдатнасці — разлічаны нарматыўны перыяд эксплуатацыі. Верагодна, калі Дом быту зараз разглядаюць на рэканструкцыю, то яго тэрмін прыдатнасці ўжо скончыўся. Далей мусіць паўстаць пытанне — а ці ўвогуле нам патрэбны гэты будынак?» — рассуждает историк.
Противоречивые мнения горожан по поводу проектов Семашко Стурейко считает абсолютно естественным ходом событий. Угодить всем невозможно, особенно при изменениях привычной городской среды.
По теме: Как шли и прерывались обсуждения по проекту Дома быта
Роман Забелло отмечает, что в последнем проекте реконструкции нарушены пропорции. Одну из стилистических особенностей здания — сквозное остекление на первом этаже, почему-то решили убрать.
«Я разумею логіку першых архітэктараў Дому быту — там няма выпадковых элементаў. У новым праекце замянілі разбіўку вокнаў — парушылі рытм, які быў. Так знішчаюць былую архітэктуру будынка, што ў ім было добрага, але не ствараюць новую».
Более оптимальный и дешевый вариант — обновить то, что уже есть.
«Так, Дом быту — шэраговы будынак савецкага мадэрнізму, тыпавы праект, пабудываны ў розных гарадах усяго СССР. Але па сёння ён захаваўся ў сваім першасным выглядзе: ёсць фасады, элементы інтэр’еру, «чысціня» першапачатковага праекта. Можна было спрабаваць захаваць Дом быту як помнік свайго часу і аднавіць яго першасны выгляд. Не трэба багата рабіць, проста парамантаваць. Ён бы мог стаць цікавым аб’ектам пры мінімальным укладанні грошай. У будынка ёсць свая прыгажосць, яе проста трэба ўмець пабачыць і паказаць».
Реконструкция — это хорошо, вопрос в подходе
По мнению Степана Стурейко, Дом быта — достаточно типовое здание, в его архитектуре сложно проследить поразительные архитектурные решения. Тем не менее наступает время, когда современным архитекторам приходится переосмыслять здания советской эпохи.
“У 90-я і ў пачатку нулявых разабраліся з сталінскай архітэктурай — ампір упісалі ва ўсе даведнікі. Кажучы аб пасляваеннай архітэктуры, усё нашмат менш адназначна”, — говорит Стурейко.
При этом уже есть попытки обозначить ценность и этой архитектуры. Например, в 2025 году гродненскому драмтеатру дали статус историко-культурной ценности третьей категории (то есть как объекту регионального значения). А 20 лет назад были неудачные попытки внести в предварительный список Всемирного наследия ЮНЕСКО ансамбль проспекта Независимости в Минске (тогда еще проспекта Скарыны).
Именно поэтому при реконструкции таких зданий у специалистов возникают вопросы. Выработанного и закрепленного мануала попросту нет. Так и выходит, что каждый делает по-своему.
“У Беларусі, як і шмат дзе, не распрацаваныя метадычныя падыходы да рэстаўрацыі мадэрнісцкай архітэктуры. Як аднаўляць касцёл і Каложу — больш менш зразумела, няхай спецыялісты і спрачаюцца паміж сабой. Але калі мы кажам пра савецкую архітэктуру — устойлівых падыходаў пакуль няма”, — говорит Стурейко.
Роман Забелло добавляет, что архитекторы постепенно учатся работать со зданиями эпохи раннего и послевоенного модернизма. Но если постройка не внесена в список историко-культурных ценностей, при реконструкции утрачиваются важные элементы.
«Манументальнае мастацтва: мазаікі, сграфіта, вітражы — знікаюць, прадуманая архітэктура фасадаў, пабудаваная на нюансах прапорцый, на колеры і розных фактурах і матэрыялах аздобы — мяняецца. У выніку пры такім падыходзе застаюцца шэраговыя «каробкі», якія ўжо дакладна нічога каштоўнага не маюць».
Про «исторический Диснейлэнд» спорят не только в Беларуси
Срок «годности» советских зданий подходит к концу не только в Гродно или в Беларуси. Это происходит во всех странах, где когда-либо возводили модернистскую архитектуру. В каждом отдельном случае принимают индивидуальное решение, что делать с постройкой: сносить, реконструировать или забрасывать.
Одним из примеров работ с модернистской архитектурой Степан Стурейко называет проект 2018 года во Франкфурте на Майне. В городе отреставрировали исторический центр.
“Яны па прынцыпе Варшавы пабудавалі амаль з нуля разбураны ў вайну маленечкі кавалак гістарычнага цэнтру. Каб яго пабудаваць, прыйшлося разбурыць некалькі будынкаў мадэрнісцкай архітэктуры, а яны былі дастатокова яскравыя. І спрэчка была вялікая, маўляў, гэта наша спадчына, а вы яе хочаце пазбавіцца, каб пабудаваць гістарычны Дыснэйлэнд”.
Роман Забелло считает необходимым показывать и горожанам, и будущим архитекторам альтернативу. Чтобы люди понимали — может быть лучше и по-другому.
«Цяпер мы назіраем заганную тэндэнцыю, калі большасць архітэктурных рэалізацый фармалізаваліся да прымянення набора самых простых адпрацаваных вузлоў і матэрыялаў. Калі архітэктар выконвае задачу “здаць праект” мінімальнымі намаганнямі, а не вырашыць нейкую складаную творчую ці метадалагічную праблему і стварыць якасны індывідуальны аб’ект. Хочам мы ці не, але кантэкст уплывае на фармаванне асобы і нашы будучыя архітэктары вучацца ў тым ліку на горадзе і атачэнні, у якім існуюць. Але калі чалавек расце ў эстэтычна непрыгожым асяроддзі, з цягам часу для яго гэта робіцца нормай».
Как послевоенный модернизм реконструировали в Германии и России — и можно ли так поступить с Домом быта
Канал Urban Hrodna, который рассказывает о городской среде Гродно, нашел примеры реконструкции похожих зданий в других странах.
В 2021 году в берлинской галерее AEDES показали восемь реализованных проектов реконструкции построек в стиле послевоенного модернизма. Здания во многом повторяли судьбу гродненского Дома быта: закон позволял их снести, но архитекторы из бюро Tchoban Voss Architekten решили сохранить конструктивную основу.
Офисное здание на площади Эрнста Ройтера, 6 в Берлине построили в 1973-74 гг. Во время реконструкции решили ничего принципиально не переделывать. Оно просто выглядит так, как будто его помыли. Сохранились ленточные окна — похожие на окна гродненского Дома быта. В них красиво отражается окружающий город. Гродненское здание можно также “отмыть”.
Офисное здание по адресу Блиссерштрассе, 5 в Берлине построили в 1971 году. Во время реконструкции его решили основательно изменить, но в стиле соседних модернистских зданий той же эпохи. В итоге здание получилось вписанным в окружение. У гродненского Дома быта нет соседей в таком же стиле, поэтому такой подход невозможен.
Бывшие промышленные здания в Петербурге реконструировали иначе. Там оставили каркасы, но сделали совсем новые фасады и достроили этажи. Это уже ближе к подходу Семашко, но есть нюанс. Фасады остались плоскими и стеклянными, а декор “под старину” в первом случае и репродукции фрагментов картин во втором нарисованы на стекле методом шелкографии. С гродненским Домом быта бывший цех, а ныне БЦ “Лангензипен” роднит еще и расположение — вдали от улицы, за деревьями и другими зданиями.
В Гродно в оформлении рисунком на стеклах можно было бы использовать мотивы разных национальностей. Ведь рядом с Домом быта в прошлом всегда была одна из площадок Фестиваля национальных культур.
Решение вопроса с Домом быта власти отложили лет на 20
Резюмируя ситуацию с Домом быта, Роман Забелло приходит к выводу, что городские власти просто отложили решение вопроса. Пока здание реконструируют, но спустя несколько десятилетий его все равно придется сносить.
«Гісторыя з Домам быту — гэта проста яшчэ гадоў на 20 адкладзенае вырашэнне праблемы. Хаця ўжо сёння можна было вырашыць пытанне якасна: знесці Дом быту і зрабіць праект рэгенерацыі гэтага ўчастка цэнтра горада, як тое было зроблена на месцы сквера перад ім».
Читайте также: Нужен ли городу «исторический» Дом рыбака
