В Гродненской и Волковысской польских школах с нового учебного года преподавать предметы будут на русском языке. Это не первая в нашем регионе волна русификации. Первый председатель Союза поляков Беларуси, доктор исторических наук и один из основателей польской школы в Гродно Тадеуш Гавин рассказал телеграм-каналу «Hrodna 11:27» о долгой истории борьбы с польскими школами на территории Беларуси.

польская школа 36 в гродно
Сярэдняя школа № 36 у Гродне (Полськая школа). Фота: Hrodna. life

Первый запрет польского языка и организация тайных школ

До разделов Речи Посполитой (1772, 1793, 1795 гг.) детей на территории Беларуси обучали на польском языке. Но даже спустя 30 лет после последнего раздела Образование не перевели на русский язык полностью.

«Когда в 1827 году на пост вице-губернатора в Витебск приехал Михаил Муравьев, он был удивлен, когда заметил, что край „решительно в польской окраске“. То есть почти 30 лет после раздела Речи Посполитой, обучение, даже в Витебской и Могилевской губернии, оставалось на польском языке», — сказал телеграм-каналу «Hrodna 11:27» Тадеуш Гавин.

Все изменилось после восстаний 1831 года и восстания Кастуся Калиновского в 1863—1864 годах. Русские власти издали указ, который запрещал в публичных местах и государственных учреждениях разговаривать по-польски.

"Они продолжают политику советских властей". Первый председатель Союза поляков - об истории борьбы за польские школы в Беларуси
«Кастусь Каліноўскі і Валерый Урублеўскі на аглядзе паўстанцаў». Аўтар Пётр Сергіевіч, 1959 год.

«Закрыли школы, где образование вели на польском языке. За разговор в публичных местах наказывали штрафом и даже отправляли в тюрьму. Поляки не поддавались. Они начали организовывать тайные польские школы», — сказал Гавин.

Одной из организаторов тайной польской школы в Гродно в 1896 году была Элиза Ожешко. Она организовала занятия в одной из комнат своего дома.

В тайных школах обучали организованные группы детей. У них было от нескольких до нескольких десятков человек. Обычно они располагались в доме родителя. Там детей обучали польской грамматике и молитвам на польском языке.

«Власти безжалостно боролись с этим явлением. Они выявляли школы и закрывали учителей, которые вели образование. Их наказывали штрафом или сажали в тюрьму. В Гродненской губернии были годы, когда выявляли и закрывали 100 и более школ. Но вместо них открывали новые школы в новом месте», — сказал Тадеуш Гавин.

Поляки имели больше школ, чем большинство русских

После Февральской революции 1917 года новые власти сняли ограничения на образование на польском языке. Это поспособствовало открытию новых школ. В 1917—1918 годах только в Минской губернии открыли 243 польские школы.

«На V пленуме ЦК КПБ в августе 1934 года говорили о непропорционально большом количестве польских школ по сравнению с русскими. Два процента поляков в БССР имели 337 школ, 7,3% русских — только 194. Пленум обязал власти всех уровней в республике пересмотреть сеть польских школ и польских крестьянских Советов. Поляки дорого заплатили за свою привязанность к польскому языку и культуре. Во время антипольской операции 1937−1938 годов в БССР расстреляли 50 тыс. поляков, а 10 тыс. сослали в восточные районы СССР. Все польские школы были ликвидированы», — заметил Гавин.

«Закрывая обещали, но обещания не сдержали»

В 1939 году Красная армия вошла на территорию Западной Беларуси. Польские школы продолжали функционировать, хотя и были в значительном количестве урезаны. После войны, когда Красная армия в 1944 году вновь вошла в Беларусь, в Гродненской области в 1944—1945 учебном году было 114 польских школ. В тоже время 88 школ было в Брестской области, три в Пинской и две в Барановичской. Школы, которые ранее находились в Восточной Беларуси, уже не существовали.

«Такое количество можно объяснить тем, что у советской власти не было учителей, чтобы перевести школы на русский или белорусский язык», — сказал Тадеуш Гавин.

С 1944 года советские власти начали политику уничтожения и закрытия польских школ. В 1948 году закрыли последнюю польскую школу в Гродно. «Закрывая ее власти обещали, что польский язык будут преподавать как школьный предмет. Но обещание не сдержали», — сказал Гавин.

Пытались восстановить образование на польском языке после смерти Сталина

В период с 1948 по 1988 год ни в одной белорусской школе польский язык не преподавали.

«В 1954 году, после смерти Сталина, была попытка восстановить польскую школу. В Гродненскую область даже приехала комиссия из ЦК КПСС. Но власти сделали все, чтобы встреча с организованными группами поляков не состоялась. А местные секретари высказались категорически не только против школ, но и преподавания польского языка в Белорусской ССР».

Гродненский и Молодечненский обкомы партии объяснили это тем, что в Беларуси поляков нет. Мол, это ополяченные белорусы, пусть они и считают себя поляками.

По мнению Гавина, восстановить школы тогда было еще достаточно легко. Ведь было 233 учителя, поляка, которые работали в белорусских школах. 124 из них работали в польских школах перед войной.

Была еще одна возможность белорусским полякам изучать польский язык как родной в школьной программе. Такую возможность давало распоряжение Совета Министров СССР от 9 мая 1955 г. «Этот документ, несмотря на то, что поступил в Гродненский облисполком, до заинтересованных лиц не дошел. Иными словами, власти Гродненской области его спрятали глубоко под"сукно». Можно сказать, засекретили", — рассказал Гавин.

Лукашенко: «Поляки будут иметь столько школ, сколько необходимо»

Импульсом для возрождения польских организаций в Беларуси стала политика перестройки. В 1988 году в Гродно создали Польскую культурно-просветительскую организацию имени Адама Мицкевича. В 1990 году из нее возник Союз поляков на Беларуси. Организации выступали не только за преподавание польского языка в школах, но и за возрождение школы с польским языком обучения .

«Это позволяла Конституция БССР и СССР. Но на бумаге декларировалось одно, а на практике почти ничего нельзя было решить».

В марте 1993 года Беларусь и Польша подписали договор «О добрососедстве и дружелюбном сотрудничестве». «В статье 16 этого договора сказано, что «Стороны будут стремиться, давать лицам указанным в ст. 14 [национальным меньшинствам — прим. Hrodna 11:27] соотносительные возможности для обучения на их родном языке и образования на этом языке в общеосветнических учреждениях», — сказал Гавин.

«Появилась возможность иметь школы, чем и занялся сразу Союз поляков Беларуси. Были организованы встречи и с руководства Гродно, и в Минске. Но благоприятная обстановка сложилась, когда решили провести президентские выборы в 1994 году».

Кандидаты в президенты не могли не считаться с союзом поляков в Беларуси. Каждый хотел встретиться с меньшинством, чтобы завоевать голоса. В Гродно приезжал Вячеслав Кебич. Он пообещал, что разрешение на строительство польской школы в Гродно и Волковыске будет. То же самое обещал Александр Лукашенко. «Поляки будут иметь столько школ, сколько необходимо, говорил Лукашенко», — заметил Тадеуш Гавин.

«Светлые белорусы, которые думали не только о возрождении своего языка и своих школ»

В открытии польской школы в Гродно помогло руководство Гродненского горисполкома. Его тогда возглавляли Семён Домаш, Генрих Крупенко и заместитель председателя горисполкома Александр Милинкевич. «Они были руководителями нового поколения, которые думали по новому. Они взялись за возрождение белорусского языка и белорусских школ, но считали, что одна польская школа не только не помешает белорусской культуре, а будет ее дополнять», — сказал Гавин.

Такую идею поддерживал депутат от Белорусского Народного фронта Николай Маркевич и профессор ГрГУ Алексей Петкевич. «Они поддерживали идею, которую ранее поддерживал и писатель Алексей Карпюк. Что если возродить польские школы, то возродятся и белорусские. Это светлые белорусы, которые думали не только о возрождении своего языка и своих школ, но и польских», — сказал Тадеуш Гавин.

Согласие на изменения никто не давал

В деревне Девятовка Вертелишковской гмины 5 февраля 1893 года в доме крестьянина Бартоломея Савко царские власти обнаружили тайную польскую школу. Шляхтич Ежи Матиевский обучал местных детей молитвам и грамматике на польском языке.

«Савко и Матиевского наказали, но работа не прошла даром. Через 103 года в 1996 году на месте бывшей деревни Девятовка построили первую в Беларуси польскую школу», — сказал Тадеуш Гавин.

В августе 1995 года Союз поляков Беларуси подписал договор с Гродненским горисполкомом. В договоре указали, что после строительства школу передадут Гродненскому горисполкому для целевого назначения — образования детей на польском языке.

«В пункте 1.3 настоящего договора указано, что здание должно использоваться как школа с польским языком обучения. Изменить это можно только по соглашению сторон. Но сейчас такого согласия никто давал. На таких же условиях в 1999 году открыли школу в Волковыске», — сказал Гавин.

Пять лет назад уже была попытка перепрофилирования

«Власти уже с 2017 года „носились“ с мыслью перепрофилировать школу в русскую. В 2017 году мы направили письмо [председателю Палаты представителей Владимиру Андрейченко — прим. Hrodna 11:27] за моей подписью, а также подписями семена Домаша и Генриха Крупенко. Тех, кто стоял у истоков школы», — сказал Гавин.

На это письмо чиновники ответили, что изменения в образование на языке национального меньшинства, которые планируют внести в Кодекс об образовании, не затронут среднюю школу № 36 в Гродно и среднюю школу № 8 в Волковыске.

«Это дискриминация по национальному признаку»

«Я считаю, все что сейчас планируют сделать белорусские власти, ссылаясь на кодекс и так далее, это все противоправные действия. Они не имеют под собой никаких правовых оснований для изменения профиля школы с польским языком обучения на школу с русским языком обучения», — считает Тадеуш Гавин.

По мнению Гавина, это решение ограничивает права поляков, граждан Беларуси. «Живущих, являющихся коренными жителями Республики Беларусь, которые работают, платят налоги. И при этом ущемляют их права. Это просто дискриминация по национальному признаку».

По мнению Тадеуша Гавина, родители, педагогический коллектив школы и польские организации не должны опускать рук. Школу построили согласно действующим белорусским законам и перепрофилировать ее нельзя. Нужно вести переговоры и предпринять все меры, которые могут повлиять на то, чтобы школа и дальше функционировала так, как это написано в договоре о ее строительстве.